Урок 239. Кто во мне? — Школа Любви Агапэ

Существуют две силы, которые предлагают душе человека свои руки помощи и ждут, что она выберет. Все души принадлежат Богу по праву творения, но каждый человек имеет свободную волю и вправе сам решать, кому её подчинить. Дети отдаются до определённого возраста во власть родителей и воспитателей, которые учат их своим представлениям о жизни и своему мировоззрению, принятому в их обществе. Приведу аллегорию. Душа человека подобна перчатке, которая томится в ожидании руки, чтобы чем-то заняться. Душа ищет дело для души. Душа жаждет смысла жизни и пытается понять, каким образом она сможет лучше всего реализовать свои способности. По сути, перчатка без руки представляет собой кусок материи, который сам ничего не может, да и не будет. Но вот рука берёт эту перчатку и надевает на себя. И тогда всё преображается. Мир становится прекраснее. Перчатка начинает видеть очень многие вещи с разных позиций и вникать в суть вещей. Со временем перчатка понимает, что есть две руки, которые борются между собой за право обладать ею и её волей. Они постоянно посылают ей те или иные мысли, чтобы она сделала выбор того, кто её наденет. Есть тёмная рука, которая часто принимает вид света, чтобы ввести во мглу. И есть светлая рука, которая ищет любую возможность, чтобы сделать жизнь перчатки лучше и наполнить её счастьем. И необходимо сделать выбор. Две руки в одну перчатку не влезут, да и не будут вместе это делать. Но каждая рука предлагает себя, пытаясь как можно лучше показать пользу от своего наполнения. Но особенность выбора перчатки заключается в том, что если она отвергнет светлую руку, то ею станет обладать тёмная рука. Светлая рука не может себя навязывать, но активно пытается убедить перчатку в особой пользе и в преимуществе своего присутствия внутри. Однако, если сосуд полный, то в него сложно ещё что-то долить. И руке приходится ждать. И вот перчатка сделала выбор и избрала свет. Она заключила завет с рукою света и получила право на постоянное присутствие руки внутри себя. И рука не заставила себя ждать, но стала совершать дела, которые были по душе перчатке и несли в себе радость и смысл. Перчатка стала замечать, что этот мир ненавидит руку и всячески стремится нанести ей раны и уничтожить её. Но все действия, направленные против руки, сначала обрушивались на перчатку, причиняя ей боль и страдания. И, стараясь защитить руку от беды, от холода, от насилия, перчатка напрягала все свои силы и применяла все свои знания и опыт, чтобы только руке было хорошо. А рука, в свою очередь, заботилась о перчатке, периодически снимая её, чтобы зашить раны и исправить повреждения, часто опуская перчатку в раствор духа, чтобы придать ей гибкость и твёрдость, делая её устойчивой к различным испытаниям. И перчатка порою настолько сильно пропитывалась раствором духа, что становилась абсолютно прозрачной и незаметной, поэтому все окружающие видели только сияющую руку и шли к свету, не замечая перчатку. Иногда перчатка решала, что она такая важная и великая, и что она сама по себе может что-то доброе совершать. Она часто приписывала себе действия и победы руки, высоко поднимая свой нос. Но рука снимала перчатку и клала её рядом, и та, сознавая свою немощь и беспомощность без руки в себе, начинала вопить о прощении и искать руку, прося её вновь наполнить себя. Рука не заставляла ждать. Пришло время, и перчатка заметила, что она уже не перчатка, а часть руки, потому что произошло настолько сильное слияние этих двух душ, что они наполнили собою друг друга. Ты во мне, и я в тебе. И уже никому из них не хотелось расставаться: хотелось продолжать дружное общение и творить дела. Затем наступал такой момент, когда рука говорила перчатке о том, что ей уже пора отдохнуть от всех своих дел, нежно снимала её и укладывала на покой, чтобы в определённый день разбудить её, надеть и никогда не расставаться. Светлая рука не меняет свои перчатки, «как перчатки». Она знает каждую по имени и нежно заботится о них, улучшая их и готовя к лучшему вечному применению. Что же делает тёмная рука с теми перчатками, которые избрали её по своей воле или по неведению? Она не жалеет их, не заботится о них, пачкает их в грязи, использует их в своих интересах, а потом снимает и бросает их на свалку истории, нимало не беспокоясь об их страданиях. И кому нужны эти несчастные перчатки в таком состоянии? В грязи, в ранах, в плесени? Они страдают и уходят в небытие, потому что когда-то сделали этот выбор отдать себя во власть тёмных рук, которые так заманчиво влекли их к себе, чтобы дать греховное удовольствие, низменное наслаждение и право на смерть. Но даже в таком жалком состоянии эти грязные перчатки нужны руке света. Их призывают к переменам, к истинному свету и счастью, к любви и радости. Им даётся надежда. Поверит ли кто из них? Примет ли этот свет? Встанет ли из грязи и попросит ли руку света наполнить себя? Пока есть дыхание, есть и надежда, но теплится ли она в обманутой душе? А Бог говорит через пророка Иеремию 29:11-13: «Ибо только Я знаю намерения, какие имею о вас, говорит Господь, намерения во благо, а не на зло, чтобы дать вам будущность и надежду. И воззовёте ко Мне, и пойдёте и помолитесь Мне, и Я услышу вас; И взыщете Меня и найдёте, если взыщете Меня всем сердцем вашим». Господь стоит у двери моего сердца и желает войти. И я приглашаю Его. А какая цель Божьего визита в мою жизнь? Неужели Он желает войти, чтобы только поужинать со мной? А что потом? Может, есть что-то более важное? Зная Бога, я понимаю, что если Он куда-то и заходит, то в Его планах остаться навсегда. Хоть Он и очень любезно Себя ведёт, очень нежно ко мне относится, Его объятия весьма крепки, и никто не может похитить меня из руки Его. Цель Божьего визита состоит в том, чтобы установить в моей жизни Своё Царство, Свои законы и Свой порядок. Он не просто ужинает в моём доме, а творит в нём Свою обитель, устанавливает вместо моих «шкафов со скелетами» Свою мебель. Господь вывозит весь хлам из Своей квартиры, которая раньше была моей, но позволяет мне считать этот дом своим и прислушивается к моим просьбам. Я удивляюсь тому, какие перемены происходят в моей жизни. Иисус во мне — это так необычно, а я в Нём — это так здорово! Его любовь, подобно знамени, веет над моим домом и привлекает к нему гостей отовсюду. Я радуюсь новому свету, новым откровениям о любви, и считаю, что они очень хороши и когда-то мне пригодятся, а в результате я вижу, что под влиянием этих знаний я стал другим. От меня, ветхого человека, осталось только имя и внешность лица, чтобы друзья узнавали. Правда, лицо стало сиять радостью и миром, а всё остальное куда-то делось и стало иным. Как было больно постигать на практике эту науку любви, зато какие у неё сладкие плоды, как много урожая приносит мой посев! Сколько счастья и радости в моей жизни и в жизни тех, с кем я делюсь и в кого сею! Я стал другим, реально другим, хотя для кого-то я всё тот же, но я-то знаю, что это не так. Я Божий, а Бог мой.